Collection of Relics of the Ashkenazim Culture

Автор: 
Liudmila Uritskaya

As a result of Poland's Partitions (1772, 1793 and 1795) the Ashkenazim became Russian subjects and found themselves bound by Russian law within territorial and legal confines of permitted areas of settlement. Here the traditional culture of Polish Jews underwent a process of slow but inexorable degradation, while transforming at the same time into a new ethnic and toponymic type — a Jewish stettl (mestechko) community in Russia.

The orthodox world of the community protected by the ethical and moral traditions of Judaism and totally centred round the mestechko in the conditions of limited living space and religious alienation, produced a unique subculture. It included religion as the foundation, a conscious ethnic identity, a highly devel­oped system of religious and social institutes and finally, an age-long collective memory of the diaspo­ra, which materialized itself in traditions of folk art.

The physical features of the Jewish mestechko settlement, such as its housing, civil and religious architecture, its cemetary, its communal documen­tation and personal archives, its lore and its religious rites and practices, the institute of the Jewish family and home, etc. — assumed the importance of Jewish national heritage at the time this culture began to dwindle away in the late nineteenth century.

The Ethnographic Department of the Russian Museum (the present Russian Museum of Ethnography ) was one of the first museums in Russia to include the Ashkenazic culture in its search and collecting programmes. From the outset of its activities priority tasks were a systematic accumulation of materials and their accurate description. Uniform accumula­tion of exhibits for every ethnic entity was hindered by the fact that the staff was limited and lacked specialists in some nationalities. It was not until the mid-1930s that the Museum employed a specialist in the history, culture and languages of Jewish communities. The Ashkenazim collection was started in 1907 by F. Volkov, a Ukrainian anthropologist and ethnographer, who gave the Museum fifteen objects and five photographs brought from his "ethnographic excursions" (1904 and 1905) to Eastern Galicia, a Province of Austria- Hungary inhabited by Slavs, and later to Volhyn (1909). The small collection was a random selection of garments and objects of religious designation. The photographs show the mural of a wooden synagogue (not surviving at present) at the settlement of Norinsk in the Ovruch Uyezd of the Volhyn Gubernia.

The Ashkenazim collections were further increased as a result of subsequent field trips by some other staff of the Museum, such as A. Miller's to the Mogilev and Vitebsk gubernias (1908 and 1911) and A. Serzhputovsky's to the Kingdom of Poland (1909). A. Miller's lot consisted of 54 objects of very diverse description: palls for Torah scrolls, attributes of fes­tive community and domestic rituals, texts of prayers, marriage documents, clothes and so on. Two groups of objects are of particular interest: a loom and tools for processing parch­ment and a tahrihin burial set made up of seven parts. The collection is complete with a thorough description, all the indigenous names retained. Later, in 1911, A. Miller bought for the Museum a unique silver hannukkia — a symbolic lamp for the Hannukkah festival. Recent _work on decyphering marks on Jewish silverware gives grounds for regarding the lamp as one of the finest examples of eighteenth-century Jewish silver. A. Miller's interest in Ashkenazic culture was quite professional. As a leading specialist in ethnography he had previously made up one of the first ethnographic collections on Mountain Jews, one of the numerous ethnic minorities in the Caucasus. His Ashkenazic and Caucasus Jews collec­tions demonstrate a profound understanding of the common religious foundation and indigenous specificity of either of the two subcultures.

A. Serzhputovsky's trip to Poland augmented the Ashkenazic section with twelve objects he had bought in the town of Lovich of the Warsaw Gubernia. Among them there were several women's hats and men's outer clothes of considerable interest to researchers. At that time it was Serzhputovsky who was responsible for the registration of newly-arrived Jewish articles because he was one of the few staff members knowledgeable about Jewish material culture and life. Born and raised in Byelorussia, Serzhputovsky had long lived in different towns and mestechko settlements where the Ashkenazim were permitted to reside, and was there­fore well familiar with the life of their communities there, as well as with some of their national traditions manifest in certain outward features of their religious rites and everyday customs. While being engaged in the study of a whole gamut of the ethnography of Byelorussians, A. Serzhputovsky for a long time remained the main authority on all acqui­sitions for the Ashkenazic section. In 1923 he brought from his expedition to Byelorussia a collection of Jewish women's toupees and head-dresses.

Происхождение этнонима

Коллекции музея по культуре евреев-ашкеназов, насчитывающие свыше 2400 экспонатов, — одно из наиболее полных собраний подобного рода, дающее представление о конфессионально-этнической специфике культуры этого народа, сложившейся в восточно-европейской диаспоре к концу XVIII столетия. Ашкеназы — термин, начиная со средних веков обозначавший евреев, проживавших на Рейне, а затем — во всех германских землях; впоследствии перешел на всех их потомков, говорящих на идиш.

Ф.К. Волков — основоположник еврейского собрания

Этнографический отдел Русского музея был одним из первых музеев в России XX века, который включил в свои собирательские программы памятники еврейской культуры. Начало собранию было положено в 1907 году Ф.К. Волковым — украинским антропологом и этнографом, подарившим музею пятнадцать предметов и пять фотографий.

Предметы религиозного культа А.А. Миллера

Командировки последующих лет других сотрудников музея значительно пополнили ашкеназские коллекции. Коллекция А.А. Миллера, включающая 54 предмета, разнообразна по тематике: покровы для свитка Торы, атрибуты праздничной и семейной обрядности, тексты молитв, брачные документы, одежда. Позднее, в 1911 году, А.А. Миллером была куплена для музея уникальная серебряная ханукия — символический светильник для праздника Хануки. Работа последних лет по расшифровке клейм на серебряных еврейских изделиях позволяет отнести ее к числу лучших образцов еврейского ювелирного искусства XVIII века.

Интерес Миллера к культуре евреев был вполне профессиональным. Являясь ведущим специалистом по этнографии народов Кавказа, он собрал одну из первых этнографических коллекций по горским евреям — одной из многочисленных этнических общностей этого региона. Его ашкеназская и кавказская еврейские коллекции отражают глубокое понимание общей конфессиональной основы и региональной специфики обеих субкультур.

Вклад А.К. Сержпутовского в еврейское собрание

Поездка А.К. Сержпутовского в Царство Польское добавила в ашкеназское собрание музея двенадцать предметов мужской и женской одежды, а в 1923 году из экспедиции в Белоруссию привез коллекцию еврейских женских париков и головных уборов.

Поступления из частных собраний

В традициях музея еврейское собрание формировалось также за счет даров от частных лиц и покупок от "собирателей редкостей, торговцев старинными вещами": М.Е. Свердлова (1910), Б.-М.А. Веселовской-Шанявской (1911), А.И. Новодворского (1911). В 1914 году в Русский музей отошла часть коллекций известного псковского коллекционера Ф.М. Плюшкина. Очевидно, благодаря своим художественным достоинствам нашли место в его коллекции и "предметы еврейской старины", попавшие затем в ашкеназское собрание Этнографического отдела. Действительно, шестнадцать предметов из коллекции Ф.М. Плюшкина.

Роль С.А. Ан-ского в музейной иудаистике

В истории формирования этнографического собрания евреев-ашкеназов решающую роль сыграла передача части коллекций, принадлежавших Еврейскому историко-этнографическому обществу в Санкт-Петербурге (1908—1929). Эти коллекции были собраны во время экспедиции в еврейские местечкаи Волыни и Подолии в 1912—1914 годах, а организатором и руководителем экспедиции был известный еврейский общественный деятель, писатель, фольклорист С.А. Ан-ский (псевдоним; настоящее имя Ш.-З. А. Раппопорт, 1863—1920). Экспедиционные материалы Ан-ского сначала составили основу Еврейского музея Еврейского историко-этнографического общества, который был открыт в 1917 году.

В мае 1918 года Ан-ский, опасаясь беспорядков и погромов в Петрограде, передал на хранение в Русский музей часть коллекций, которые были объявлены государственным достоянием и включены в состав собраний государственных музеев. Так часть коллекций Еврейского музея влилась в еврейские собрания Этнографического отдела. 

Коллекция Ан-ского в собраниях Российского этнографического музея, насчитывающая 295 предметов, дает многоаспектное представление о традиционной культуре еврейского местечка в России XIX века: Среди памятников этой коллекции особенно интересен синагогальный текстиль, ценнейшие серебряные изделия и амулеты. 

Одежда представлена несколькими женскими комплексами, нагрудниками-брустихлами, головными уборами, облачением Кайдановского цадика, кафтаном раввина, мужскими головными уборами, поясами. Уникальна коллекция брустихлов — устойчивого компонента еврейского женского костюма, выполнявшего функцию оберега. 

Ан-ский собрал cотни зарисовок орнаментов с еврейских надгробий, иллюстрированные Пинкасы — книги еврейских общин, рисунки и открытки. В собраниях Российского этнографического музея хранятся шесть рисованных лубков — единственных подлинных образцов еврейского изобразительного народного творчества, сохранившихся до наших дней.

Материалы ОЗЕТа в музее

В середине 1920-х годов в структуре Белорусского отдела РЭМ была организована еврейская секция музея. Позже, в 1930-е годы, когда руководителем еврейской секции был назначен И.М. Пульнер (1900—1942), она стала самостоятельным научным подразделением. Его первоочередной задачей являлось строительство выставки "Евреи в царской России и в СССР". Выставка представлялась актуальной в свете свершившегося исторического события — образования в 1934 году Еврейской автономной области.). Почти два года шла подготовка выставки.

За это время И.М. Пульнер совершил несколько командировок и экспедиций в Еврейскую автономную область (1937), на Украину (1938, 1939), в Грузию, Азербайджан (1938), собирая материалы по традиционной культуре и новой советской тематике. Летом 1938 года, после ликвидации ОЗЕТа (Общества по земельному устройству трудящихся евреев) и его центрального совета через Пульнера в музей был передан огромный архив, содержащий в фотодокументах — практически полную историю организации еврейских сельскохозяйственных центров на Украине, в Крыму, на Кавказе в 1920-х годах, а также историю "национального строительства" в Еврейской автономной области до 1938 года. Часть этих фотографий была включена в материалы выставки "Евреи в царской России и в СССР", которая открылась 10 марта 1939 года.

Вклад И.М. Пульнера в собрание по евреям

За короткий период работы, с 1937 по 1941 год, И.М. Пульнером было приобретено двенадцать коллекций, насчитывающих около четырехсот предметов. Так, в 1938 году из Киева, при содействии музыковеда М. Береговского, в музей поступила редкая коллекция клезмерских музыкальных инструментов; из Украинского музея народного искусства была получена коллекция рисунков набоек и самих ковриков-набоек, коллекция литографий с изображением еврейских надгробий, старинный Мизрах (настенное украшение для обозначения восточной стороны) и другие. Из фондов Еврейского музея в Одессе была передана коллекция лекех-бретлах — пряничных форм; детских игрушек, используемых в праздники Пурим и Лаг-Баомер; коллекция самодельных резных шахмат с символикой иудаизма. Коллекция обрядового и праздничного печенья, приобретенная И.М. Пульнером в городе Бершади, насчитывает сто одно наименование и является наиболее представительной среди собраний подобного рода.

Сотрудничество с художником С.Б. Юдовиным дополнило ашкеназское собрание. В 1938 году С.Б. Юдовин совершил поездку в местечко Бешенковичи в Белоруссии, откуда привез обширный материал по местному Пуримшпилю (игровое представление на праздник Пурим, в основу сценария которого положена "Книга Эстер"), эскизы костюмов пуримшпиллеров, реквизит, а также серию рисунков с орнаментами еврейских надгробий. Все это вместе с шестьюдесятью авторскими графическими листами С.Б. Юдовин передал в еврейские коллекции Этнографического музея.

Ценные поступления из Музея народоведения

В 1948 году ашкеназское собрание было дополнено собраниями Государственного музея народов СССР, где наибольшую ценность представляют материалы того же И.М. Пульнера, который в 1931 году работал в белорусской экспедиции по заданию Музея народоведения. Еще одна большая еврейская коллекция была сформирована в 1954 году из ранее не регистрированных предметов. Эта сборная коллекция насчитывает 87 предметов. Большую ее часть составляют серебряные культовые и обрядовые предметы, ювелирные украшения, части одежды, женские парики.

Новый этап в истории еврейского собрания РЭМ

С конца 50-х годов до начала 1990-х годов собрание пополнялось за счет редких даров,покупок и передач из официальных организаций.Начало 1990-х годов — новый этап в истории еврейского ашкеназского собрания Российского этнографического музея: на основе коллекций, в основном на материалах Ан-ского, была создана выставка "Маршрутом Ан-ского. Жизнь еврейского местечка в царской России". Работа над концепцией и каталогом выставки потребовала атрибуции памятников. Экспонирование выставки в ведущих Еврейских музеях Европы, Израиля, США убедительно показало, насколько ашкеназское собрание Российского этнографического музея сопоставимо с крупнейшими еврейскими собраниями мира и насколько оно неповторимо. В настоящее время эти коллекции являются важнейшим и, возможно, единственным полным источником для изучения традиционной культуры ашкеназских евреев в России конца XVIII — начала XX века.